Когда-то, давным-давно, когда иные были еще малы, а некоторых и в помине не было, в частности вашей покорной слуги, взялся один человек помидоры высаживать. Все помидоры в ряд, хороши, один к одному, но затесался среди них странный какой-то. Заприметил это мужик, да подумал : "Вот посажу его отдельно, да погляжу, чего из него получится." Взял, да посадил он этот помидор в аккурат возле дому, что бы приметней было. А помидор тот рос, рос, рос, рос, да и вырос, как в сказке, в огромное преогромное дерево. Ветвями к небу тянется, корнями за землю держится. Давно понял человек, что название тому помидору Клен. Красавец, издали видать, словно елочка- формою, да огромный такой не в пример остальным кленам, что по округе росли. Эх, хорошо с кленом стало мужику! В жару- дом охлаждает, от дождя укрывает; зимой- греет. Перестал он на зиму дрова закупать: они всегда под рукой; спилишь ветку, а чуть погодя, взамен еще две вырастут. Клен и почву удобрял: осенью с него столько листьев нападает, замучаешься убирать, а они за зиму перепреют; по весне мужик их перекопает, и растет у него все как на дрожжах! А в теплые месяцы, хорошо то как , птички поют, по утру мужика концертом будят. Все в округе дивились на чудо- клен. Да, как, известно, чужое счастье спать не дает. Позавидовали мужику соседи и давай его изводить: " Сруби Клен", да, "Сруби Клен". Жаловаться стали, что он ветками тень дает. В огородах их ничего не растет, да корни его повсюду прорастают, новые побеги душат их урожай. Только, наговор это был, потому, и не слушал их мужик: "Пущай себе злобятся, на всех не угодишь". Не дооценил он их. Выждав срок, залезли они в чужой огород, в отсутствии хозяина, подпилили клену макушку и довольные собой восвояси убрались. Вернулся мужик, осерчал, да поздно было: сделанного не исправишь. Клен, словно живой водой питался. Следующей весной, вдвое больше вырос. Одно плохо, стал он не в вверх а в ширь расти. Словно гриб с огромною шляпою. Круглая голова его стала еще заметней издали. Много лет прошло с тех пор. Нет уже того мужика. Дети его давно своих вырастили, а те скоро своих заимеют, а клен тот и сейчас растет, могучий как дуб. И ныне не дает он покоя соседям. Беда в том, что тесно ему возле дома расти. Силы его молодые, богатырские на волю просятся. Вырос он по чужой вине в ширь. Ветки крышу дома поднимают, корни фундамент ломают. Словно двумя ладонями сжимает он хрупкий домик, одна ладонь в воздухе кудрявая, да зеленая, другая под землей жилистая да коричневая. Знают это дети того мужика, а что делать не ведают. Жаль им клен- как родной он . Только от правды не убежать, без дома не выжить . Соседи пуще прежнего взвились: дом то общий, типовой, на четырех хозяев строенный. Коли беда из-за клена случится, всем достанется. Делать нечего, решена судьба кленовая, одно только лето пережить ему осталося, смотрят дети того мужика на Клен, прощаются, смотрят, не налюбуются. Словно близкий родственник в расцвете лет умереть должен, на несправедливость жалуются, на иное не надеются. Да, мудреное дело спилить то его, кто ни посмотрит, тот откажется. Не под силу это одному иль двум. Тут бригада нужна- человек пяток, чтобы трос держать, да еще пяток, чтоб пилой пилить. Коли, что не так, можно дом сломать, одной веткою, да еще другой. Как бы ни было, но до осени сроку есть у них- Клен родной спилить. Сказка сказкою, да верна она, с жизни писана не придумана. Внучкой дедовой я являюсь, этот Клен мне, словно дядюшка. Не хочу я с ним так прощаться то, но встает в глазах, та картиночка, чурки, веточки, бревна щепочки, все горой лежат, возле домика странно лысого. И останется только вспоминать, то каким Клен был, фотокарточки, внучкам показывать.