Погрузившись в свои мысли она на автомате пробиралась через заросли серых фигур, периодически морща нос и лоб. Это вошло в привычку в общественном транспорте. Зайдя в вагон очнулась от оцепинения и вспоминла, что человек может размышлять не в глубинах собственного подсознания несылшно даже для самого себя, а так, чтобы клетки мозга слышали разговор вашего я1 и я2, но ничего не получилось. Мысли, терзая рамки черепной коробки, разлетались стаями черных пернатых клякс, рвали когтями пряди волос, выклёвывали глаза, а потом не в силах вырваться наружу камнем падали внутрь, пролетая тот этаж, где мозг может подслушать разговор. мозг мог лишь пытаться ощутить отголоски, которые отражались на психике. "Я сама себе всё это придумала? - задавала она себе вопрос каждое утро. - Или я настолько дала волю своему подсознанию, что оно наконец проснулось?"
Она не понимала где истина, а, где заблуждения. Она не могла больше разуму позволить управлять её телом. Всё сводилось лишь к монологам внутри и решениям её подсознания. Отдельным решениям. Люди. Вокруг люди, они окутывают, заволакивают в яму. Она уже не видела, где друзья, а где враги, хотя последних как таковых у неё никогда не было. Ей хотелось быть подальше от людей. Она могла бы сидеть целыми днями наедине с собой и своим внутренним голосом, рисовать с закрытыми глазами пальцами по воде, на поверхности стекла, на стенах, потолке и полу, на своих руках, на лице, на поверхности отпалированного стола в гостинной, завесив шторы, нарисовав за окна свой пейзаж, свой мир. Но, увы. Люди всячески не давали ей уйти из жизни. Она и сама понимала всю обсурдность и безумие этих переплетений в душе, но ничего не могла поделать с уносящимися за пределы сознания мыслями, которые приковав как цепь, тащили за собой.