Она звонила ему так же часто, как прежде.
После него она знала добрый десяток мужчин.
Не любовь, так хотя бы ревность, - думал он с надеждой.

Думал с надеждой, поскольку это был верный знак:
Женщина - либо собственница, либо ушёл и забыто.
Эта была такая, отслеживала каждый шаг,
Брала на карандаш, и даже довольно открыто

Учила жить, примеряла к себе на предмет жилетки,
Ничего такого, но просто иногда поболтать...
Их встречи были почти случайны и очень редки,
И сколько всё это длилось, он бы не мог сказать.

Он бы не мог, но у него под лопаткою так же ныло
От её голоса, словно нет музыки слаще.
Он по ночам изводил коньяк, бумагу, чернила,
Он считал себя самым никчемным, самым пропащим.

А потом она уехала далеко, на другой континент,
То ли вышла замуж, то ли что-то такое.
Он сперва горевал, конечно, но в какой-то момент
Стал совершенно счастлив и абсолютно спокоен.

Он влюбился, женился, стал отцом и всякое прочее,
Он готов был поклясться, что забудет, что хватит силы...
Но до сих пор иногда просыпается посреди ночи
И думает: "Господи, только бы не позвонила!.."