Кто капитализм на своем животе перенес, для того коммунизм -- слабость? см. Андрея Платонова.
Сербинову сразу стало скучно в трамвае без нее; засаленная,
обтертая чужими одеждами кондукторша записывала номера билетов
в контрольный листок, провинциальные люди с мешками ехали на
Казанский вокзал, жуя пищу на дальнюю дорогу, и электромотор
равнодушно стонал под полом, запертый без подруги в теснинах
металла и сцеплений. Сербинов соскочил с трамвая и испугался,
что та женщина навсегда исчезла от него в этом многолюдном
городе, где можно жить годами без встреч и одиноким. Но
счастливые медлят жить: та женщина стояла у Малого театра и
держала руку горстью, куда газетчик постепенно складывал
гривенники сдачи.
Сербинов подошел к ней, решившись от страха тоски на
смелость.
-- А я думал, что вас уже утратил, --сказал он. --Я шел и
вас искал.
-- Мало искали, --ответила женщина и пересчитала
правильность денег.
ого ничего не прожили -- сюда принесли. А ты чего
просишь-то? Твой малый сказал -- всякая живая баба тут невестой
будет, а ты уж -- не выдержим! Что мы выдержали, того нам тут
не держать -- легче будет, жених!
Чепурный выслушал и сформулировал извинение:
-- Конечно, выдержишь! Это я тебе на пробу сказал. Кто
капитализм на своем животе перенес, для того коммунизм --
слабость. Андрей Платонов. Чевенгур

То было место, - нет его теперь; Не время уничтожило его, Но Грех, - где у подножья Рая ТигрСвергается под землю и, однимИз рукавов поднявшись, бьет ключомУ Древа Жизни. Сатана нырнулВ провал, рекой подземною проплылИ вырвался на волю вместе с ней, Окутанный туманом, а затемУбежища себе он стал искать; Джон Мильтон. Перевод Аркадия Штейнберга Потерянный рай

  • "Некуда жить, вот и думаешь в голову. " (А. Платонов "Котлован")
  • "Жеев не стал подтверждать своего желания, так как все равно социализм сбылся и женщины в нем обнаружатся, хотя бы как тайные товарищи. Но Чепурный и сам не мог понять дальше, в чем состоит вредность женщины для первоначального социализма, раз женщина будет бедной и товарищем. Он только знал вообще, что всегда бывала в прошлой жизни любовь к женщине и размножение от нее, но это было чужое и природное дело, а не людское и коммунистическое; для людской чевенгурской жизни женщина приемлема в более сухом и человеческом виде, а не в полной красоте, которая не составляет части коммунизма, потому что красота женской природы была и при капитализме, как были при нем и горы, и звезды, и прочие нечеловеческие события» .
    «Оседлые, надежно-государственные люди, проживающие в уюте классовой солидарности, телесных привычек и в накоплении спокойствия, – те создали вокруг себя подобие материнской утробы и посредством этого росли и улучшались, словно в покинутом детстве; прочие же сразу ощущали мир в холоде, в траве, смоченной следами матери, и в одиночестве, за отсутствием охраняющих продолжающихся материнских сил» .
    Андрей Платонов. Чевенгур